Урал и в особенности Екатеринбург стал местом, где во второй половине 17 века нашли свое пристанище бежавшие от  церковных реформ патриарха Никона старообрядцы — «раскольники», не принявшие новые обряды.

И не просто старообрядцы: вследствие того, что изменения в обрядах православной церкви были восприняты как крайне существенные и при этом ничем не объяснённые, к ним стали относится как к новой вере, причем в первое время — как к пришествию антихриста, а царя Алексея Михайловича и его сына и наследника Петра I  «раскольники» даже называли «шишами дьявола». Поэтому сами себя они называли «ревнителями древнего благочестия» и «староверами».

Также бежали от крепостного права, принятого за несколько лет  до этого, в 1649 году. На Урале и государственность, и помещичество, и даже церковь тогда практически отсутствовали. Поэтому бежавшие могли жить относительно свободно, не опасаясь притеснений, наказаний, казней и непосильных налогов и оброков. Правда, были и другие опасности: суровый край, полный диких животных и неприспособленный под ведение сельского хозяйства, но самое главное — племена коренных жителей — вогулов и кочевых башкир, которые нападали на вновь пришедших русских, сжигали их сёла и убивали жителей. Нужно было защищаться и учиться жить в этих условиях. Порой жили в землянках и в уединенных скитах. Но все это было страданиями за истинную веру и лишь укрепляло дух.

Возникло несколько староверческих согласий, и самые радикальные из них — беспоповцы, отрицали необходимость церкви. Самое распространенное — часовенное согласие. Молились в тайных часовнях, в молитвенных домах или в собственных домах, на иконы староверческого письма. На Урале даже сложилось собственная школа иконописи — Невьянская.  И староверческая церковь, и мастерские старообрядческой иконы существует до сих пор.


Вот как описывается этот раскол и его история на портале https://pravoslavie.fm:

В те времена богослужебные книги переписывались вручную и, с течением времени, в них накапливались ошибки, которые требовалось исправить. Помимо книжной справы, патриарх желал унифицировать церковные обряды, богослужебные уставы, каноны иконописи и т.п. В качестве образца Никон избрал современные ему греческие практики и церковные книги, а для проведения книжной справы пригласил ряд греческих учёных и переписчиков.

Патриарх Никон имел сильнее влияние на царя Алексея Михайловича и был человеком весьма властным и гордым. Проводя реформу, Никон предпочитал не объяснять оппонентам свои действия и побудительные мотивы, а подавлять любые возражения при помощи патриаршего авторитета и, как это принято говорить сегодня, «административного ресурса» — поддержки царя.

В 1654 году патриарх устроил Собор иерархов, на котором в результате давления на участников добился разрешения провести «книжную справу по древним рукописям греческим и славянским». Однако равнение шло не на старые образцы, а на современную греческую практику.

В 1656 году патриарх созвал в Москве новый Собор, на котором все крестящиеся двумя перстами были объявлены еретиками, отлучены от Отца, Сына и Святого Духа и торжественно преданы анафеме в Неделю Православия.

Нетерпимость патриарха вызвала раскол в обществе. Против Церковной реформы и в защиту старых обрядов восстали широкие народные массы, многие представители знати. Вождями религиозного протестного движения стали некоторые известные священнослужители: протопоп Аввакум, протопопы Лонгин Муромский и Даниил Костромской, священник Лазарь Романовский, священник Никита Добрынин, по прозвищу Пустосвят, а также дьякон Фёдор и инок Епифаний. Ряд монастырей заявил о своём неповиновении властям и затворил ворота перед царскими чиновниками.

Старообрядческие проповедники также не стали «невинными овечками». Многие из них объезжали города и селения страны (в особенности на Севере), проповедуя состоявшийся приход Антихриста в мир и самосожжение, как способ сохранить душевную чистоту. Многие представители простого народа следовали их советам и совершали самоубийство – сжигали или погребали себя заживо вместе с детьми.

Царь Алексей Михайлович не желал подобных нестроений ни в Церкви, ни в своём государстве. Он предложил патриарху сложить с себя сан. Оскорблённый Никон уехал в Ново-Иерусалимский монастырь и был на соборе 1667 года низложен под предлогом самовольного оставления кафедры. При этом анафема старообрядцам была подтверждена и санкционированы их дальнейшие преследования со стороны властей, что закрепило раскол.

Позже правительство неоднократно пыталось найти пути примирения между Русской Православной Церковью, последовавшей реформа и старообрядцами. Но это было сложно сделать, поскольку сами старообрядцы очень быстро распались на целый ряд разнообразных по учению групп и течений, многие из которых даже отказались от церковной иерархии.

В конце 1790-х годов было учреждено Единоверие. Сохранившим иерархию старообрядцам – «поповцам» было разрешено создание старообрядческих приходов и отправление богослужений по старым обрядам в случае, если они признают главенство патриарха и становятся частью Русской Православной Церкви. Позже правительство и церковные иерархи предпринимают множество усилий по привлечению в Единоверие новых старообрядческих общин.

Наконец, в 1926 году Священным Синодом, а в 1971 году Поместным собором Русской Православной Церкви со старообрядцев были сняты анафемы, старые обряды были признаны равно спасительными. Также Церковь принесла покаяние и извинения старообрядцам за насилие, причинённое им ранее в попытках заставить принять реформу.

С этого момента старообрядческий раскол, в лице единоверческих общин, считается уврачёванным, хотя в России существует также отдельная Старообрядческая церковь и множество придерживающихся старых обрядов религиозных групп различного толка.

Источник